Letters from the Earth

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Letters from the Earth » Романы » Моя певица; роман, R, макси


Моя певица; роман, R, макси

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Навеяно песнями гр. Мумий Тролль и Земфиры. В основе рассказа лежит композиция «Моя певица» в исполнении гр. Мумий Тролль. Все воспоминания о детстве Елены Морской рекомендуется слушать под песню «Блюз» Земфиры.   
Тексты песен принадлежат их создателям: Илье Лагутенко и Земфире.

Герои:
Лена Морская - певица, лидер группы "Лена Морская"
Ирина Максимова - дизайнер
Дима Новиков - лидер группы "Волна"
Борис Ефимов - продюсер
Николай Карпатов - друг Лены, барабанщик
Миха - бас-гитарист; Гоша - соло-гитарист
Женька, Танечка, Вадим - музыканты группы "Волна"

0

2

Глава 1
   3 октября 2001 года, г. Иркутск
     Девятиклассница Ирина Максимова - темноволосая девочка маленького роста с синими глазами. Она всегда заплетала две косички на голове, отчего никак не выглядела на свои пятнадцать. Семья Иры когда-то жила очень даже неплохо, однако два месяца назад дочка с мамой лишились кормильца. Максимова и до этого в классе ни с кем не общалась, и все знали лишь, что девочка осталась с мамой, но никто и подумать не мог, как тяжело теперь ей живется. Ирине приходилось подрабатывать после обеда в школьном буфете. Учиться она не особо старалась: преподаватели итак жалели ее и ставили пятерки и четверки. Тем не менее, Максимову в школе никто не обижал до этого злополучного дня…
     Ирина как обычно стояла за прилавком буфета. В дверях она разглядела вошедшего незнакомца невысокого роста. Когда этот ученик приблизился, Ира с трудом узнала в нем девчонку - только ярко накрашенные тушью зеленые глаза являлись явным признаком половой принадлежности, не вызывающий сомнений. На вид ей нельзя было дать больше тринадцати, однако при ближайшем рассмотрении Ирина отметила, что новенькая демонстрирует всем своим видом полное отвращение к окружающим, а темные глаза излучают небывалую уверенность в собственной правоте. За каких-то пять минут нахождения в буфете девчонка успела нагрубить двум десятиклассницам и «случайно» опрокинуть чай на одного мальчишку-ботаника из восьмого класса. Наконец, она поравнялась с Ириной и хриплым, низким голосом озвучила свой заказ. Заняв свободный стол неподалеку, хулиганка принялась упорно разглядывать Максимову. Ира напряглась и вздернула подбородок. Девчонка вдруг вскочила из-за стола, чем привлекла внимание других учеников, и вновь подошла к прилавку. Она резко приставила к лицу Иры средний палец и прошипела:
     - Больше никогда так на меня не смотри, су**а. 
     Максимова пораженно и растерянно смотрела на незнакомку и совершенно не знала, что ответить. Тем не менее, хулиганка взяла себя в руки и оставила Ирину в покое.

    На следующий день на первом уроке Нина Петровна привела в класс ту хулиганку, что Ира видела вчера в буфете.
    - Наша новая ученица, Елена Морская, - представила ее учительница.
    В классе послышались смешки и перешептывания по поводу фамилии девчонки. Тощая и бледная Лена с забавной фамилией отнюдь не выглядела забавно. Она обвела учеников грозным взглядом и тяжелыми шагами прошла за последнюю парту, с силой погрузив на нее свой рюкзак.

    Уже через неделю возле Морской стали виться исключительно мальчишки. Она часто делилась с ними своими историями, приключившимися с ней на улице. Лена многое знала и об устройстве машин. Девочки обходили ее стороной, поскольку Морская ко всему прочему еще и курила, ругалась матом и наверняка любила подраться. В школе она пока не проявляла своей последней особенности, но каждый в 9 «б» классе уже знал точно: Лена не зря регулярно демонстрирует синяки на костяшках пальцев. А буквально к ноябрю слухи о ней распространились по всей школе – Морская стала главной грозой даже среди старшеклассников. К тому же, ни для кого не секрет, что она состояла на учете в детской комнате милиции.
***
   Первые числа ноября того же года.
    Мама Ирины Максимовой, Любовь Валентиновна, работала администратором в местном баре на окраине города. В этот день официантка неожиданно попала в больницу, и ее некем было заменить. На выручку матери пришла Ира и согласилась заменить девушку. Рабочий день Максимовой начался неплохо: клиенты попадались вежливые, доброжелательные, оставляли хорошие чаевые. Бар закрывался в одиннадцать часов вечера, и за час до обозначенного времени в нем появилась шумная и явно подвыпившая компания из десяти человек. Мама Ирины отдавала распоряжения на кухне, уже готовясь к закрытию, а сама Ира вышла к ним с меню. Ребята рассказывали забавные истории, смеялись, курили, что, в общем-то, в данном заведении запрещено не было. Максимова, особо не присматриваясь, протянула меню одному из молодых людей и буквально обомлела, узнав среди парней одну единственную девушку – Лену Морскую. Лена сидела в центре, на ней были надеты джинсы, футболка и джинсовая куртка, и она как обычно ярко накрасила глаза. Странно было наблюдать четырнадцатилетнюю одноклассницу в компании двадцатилетних, а то и старше, парней.
    - Чего ты уставилась на меня, официантка? – грубо спросила Морская, в упор глядя на застывшую Иру.
    - Простите, - прошептала она и перевела свой взгляд на парня, державшего меню.
    - Значит, нам бутылочку водки, десять банок пива, ну и там салатиков каких-нибудь на всех, - выдал черноволосый юноша.
    Морская не сводила своего презрительного взгляда с Иры. Максимова даже покраснела от такого напора, но все же старалась не обращать на одноклассницу внимания. Она записала заказ в блокнот и лишь заметила:
     - Несовершеннолетним алкоголь не продаем.   
     - Ты что-то сказала, Максимова? – своим низким голосом спросила Лена, затягиваясь сигаретой. Ее друзья, по-видимому, заметили, что намечается конфликт и на время замолчали. В баре повисла угрожающая тишина, а Любовь Валентиновна Максимовна все еще не появилась в зале. Ира покрепче сжала в руках меню и блокнот.
     - Несовершеннолетним алкоголь не продаем, - тише повторила она. Девушка и сама не знала, почему говорит все это. Ира ведь прекрасно понимала, чего стоит завести Лену, да еще и в обществе девятерых защитников.
     Лена подалась вперед, очевидно, намереваясь встать из-за стола. Парень, находящийся рядом, осторожно потянул ее назад. Морская, поджав губы и метая молнии на Ирину, поддалась и вернулась на место. Этот же темноволосый молодой человек с татуировкой в виде черепа на плече приобнял Елену и ответил официантке Ире:
     - Нельзя, так нельзя. Ручаюсь, наша Лена пить не будет. Выполняйте заказ.
     Ирина поспешно удалилась. Маме она говорить ничего не стала, а Любовь Валентиновна как раз нашла время и сама вышла в зал. Ира, взяв еду и напитки на подносе, тоже вернулась к злополучной компании. Как можно быстрее расставив все на столике, Ирина отошла от ребят, снова встретившись с холодным блеском зеленых глаз Морской.
     Максимова наблюдала за происходящим в баре, стоя возле двери, ведущей в кухню, куда не доходил свет. Компания Морской осталась в заведении последней, остальные посетители давно покинули его. Приглядевшись внимательнее, Ирина отметила, что парни не представляют опасности, как и Лена в их окружении на первый взгляд. Морская действительно казалось рядом с ними совершенно другой. Она улыбалась, много говорила, смеялась – была обычным человеком, дружелюбным и вполне милым. Морская даже вела себя иначе, не так развязно показательно, как в школе. Алкоголь Лена и в самом деле не употребляла, как и друг рядом с ней. Хотя и курила до неприличия много. Несмотря на увиденные положительные качества Лены, Ира все же не могла перестать ненавидеть ее и бояться. Потому она с отвращением отвернулась и подошла к маме, чтобы узнать, чем еще она может помочь. Но не успела Ира и заговорить с ней, как в баре появилась еще одна немаленькая группа парней. Молодые люди крепкого телосложения вальяжно прошли в центр зала и заняли свои места. Компания Морской все как один проводила вновь прибывших злыми взглядами. Ирина приняла у них заказ и скрылась в кухне.
    Там она и услышала крики и ругань и, побросав все, выскочила в зал. Морская и двое ее друзей стояли напротив трех ребят из другой компании. Лена выглядела оскобленной, а все парни – разгневанными.
    - Да что ты знаешь обо мне, урод?! – зло прокричала Морская в лицо ухмылявшемуся здоровяку.
    - Девочка, шла бы домой, а то мамочка ругаться будет, - высказался он в ответ.
   Лена быстрым и точным движением ударила здоровяка кулаком в глаз. Тот ухмыляться перестал, как и его дружки, немедленно поднявшиеся со своих мест. Обидчик Морской кинулся на нее, ей на помощь тут же подбежал парень с татуировкой. Но не сказать, что Лена не справлялась: напротив, она отчаянно молотила здоровяка руками и ногами. Остальные ее друзья уже сцепились с оставшимися качками. Пораженная и увлеченная происходящим  Ирина искренне желала Лене и ее друзьям победы в этой неравной схватке. В ход пошла уже и мебель бара, отовсюду раздавались матерные слова. Ира сжала кулачки, не отрывая взгляда от маленькой боевой девчонки, отчего даже не сразу заметила, как мама шепчет ей, что пора вызывать милицию. Опомнившись, Максимова незаметно для дерущихся пробралась в телефону за стойкой и набрала 02.
    Через десять минут послышалась милицейская сирена. Группа крепких парней, не сговариваясь и не дожидаясь, кинулась врассыпную на выход. Некоторые из друзей Морской с трудом поднялись на ноги и принялись помогать друг другу, сама Лена с разбитой губой, сев на пол, заботливо вытирала влажной салфеткой окровавленный лоб темноволосого парня с татуировкой. Ворвался наряд милиции, и ребята в масках наставили на компанию пистолеты. Лена лишь бросила равнодушный взгляд в их сторону, в последний раз провела рукой лбу товарища, встала ноги и подняла руки. Тоже самое проделали и остальные, кроме лежащего на полу парнишки с ухмылкой на губах. Милиционеры грубо потащили их всех к выходу. Ирина с сожалением смотрела на проходящую мимо Лену, ни разу не взглянувшую на нее. У Максимовой было ощущение, что она сделала что-то не так.
***
    На следующее утро, поднимаясь по крыльцу в школу, Ирину случайно толкнул какой-то мальчишка, и она обернулась, чтобы поднять упавшую с плеча сумку, и увидела вдалеке школьного двора Лену, одиноко курящую возле турников. Недолго думая, Ира двинулась туда. До звонка все равно оставалось еще пятнадцать минут.
    По мере приближения, видя перед собой Морскую с крайне недовольным лицом, Ирина дважды хотела развернуться и бежать в школу. Но события вчерашнего вечера не давали ей покоя, она чувствовала некую вину перед Леной, ощущала необходимость разговора.
     - Лена, мне очень жаль твоего друга, - с ходу сказала Ира, подойдя на близкое расстояние к ней.
     - Кому нужна твоя жалость? – с безразличием отозвалась Морская, одарив Ирину своим фирменным ненавистным взглядом. – Проваливай.
     - Я увидела тебя там совершенно с другой стороны и верю, что ты очень добрый в душе человек, - продолжала Ира.
     - Да что ты понимаешь?! – взорвалась Лена, откидывая от себя сигарету. Она отошла от турников и двинулась на остолбеневшую Ирину. – Что ты можешь понимать, гребаная отличница? – она подошла к Максимовой вплотную. - Какое тебе до меня дело?
     Морская с вызовом смотрела на Иру, а та и пошевелиться не могла, застыв с сожалением в глазах.
    - Я просто хотела помочь.
     - Мне не нужна помощь, слышишь?! – повысив голос, сказала Лена, чуть оттолкнув Иру. В этот момент Ирина готова была поспорить: она заметила, как у Морской влага проступила на ее глазах. – Я больше не подойду к тебе, только не лезь в мою душу. И забудь о вчерашнем происшествии.
     Лена обошла Иру и побежала к парадному входу школы. На уроках Морская впервые сидела подавленная и молчаливая. Никто в этот день с ней больше не заговорил. Всем было ясно: у несгибаемой Лены произошла личная драма.

0

3

Глава 2
     Март 2002
     Прошло почти полгода с того случая в баре. Морская постепенно пришла в себя и вновь вернула себе звание грозы школы. С Ириной она больше не пререкалась, как и обещала, Максимова в свою очередь также перестала беспокоиться о Морской. Она знала, что Лена по-прежнему посещает бар, где работает мама Иры, и дружит с той же компанией парней. Тут уже и по школе ходили слухи о взрослых товарищах Морской, и некоторые, самые смелые, даже болтали о том, что Лена беременна от одного из своих якобы просто друзей. Знай Морская об источнике нелепых слухов, непременно бы разобралась с ним. Но пока ей приходилось мириться с этой информацией, витавшей по коридорам школы.
     Однажды вечером Ирина гуляла в центральном парке. Она присела на скамью и наслаждалась свежим воздухом. Задрав голову вверх, девушка с любопытством рассматривала узорчатые облака, наблюдала за летающими птицами. На душе было свободно и легко. Стоял необыкновенно теплый весенний день, и Ирина впервые после зимы надела легкую куртку. В честь этого прекрасного дня Максимова решила купить себе мороженого. В магазинчике через дорогу от парка Ира выбрала свой любимый рожок и вышла на улицу, задержавшись у витрины ювелирного магазина рядом с этим продуктовым. Она любила смотреть на яркие, сверкающие на солнце украшения. Они казались ей символом благосостояния, и Ирина мечтала, что когда-нибудь обязательно накупит себе золотых колец на каждый палец и колье. Она уже развернулась, собираясь вернуться в парк и доесть мороженое там, как услышала шум в соседнем магазине, из которого вышла пять минут назад. Не успела Ира ничего и подумать, как витрина продуктового с шумом разлетелась на множество мелких осколков, и из разбитого окна следом вылетел стул. Она едва отскочила в сторону, чтобы не пораниться, и увидела в том магазине Лену Морскую с тремя парнями. Именно она, судя по всему, была виновницей произошедшего, потому что ее друзья как-то странно смотрели на Лену. Продавщица и вовсе стояла своя не своя. Сработала сигнализация, Лена с парнями кинулась бежать, не заметив Ирину, но уже через несколько метров они были схвачены сотрудником милиции, случайно оказавшимся поблизости. Наряд милиции прибыл совсем скоро, четверку погрузили в машину, а все еще ничего не понимающую Ирину также попросили проехать с ними. Максимова огляделась по сторонам: фактически, кроме нее, других свидетелей не было.
    - Девушка, - позвал ее милиционер, - вы слышите? Пройдемте с нами, выступите в качестве свидетеля произошедшего.
    - А? Да, пройдемте, - неуверенно ответила Ира.
    - Вам сколько лет?
    - Пятнадцать, шестнадцать будет через месяц.
    - Отлично, тогда тем более пойдемте, - резюмировал милиционер. В это время другой мужчина в форме закрыл дверцу с нашумевшей компанией и подошел к этому милиционеру и Ирине.
    - Смотри-ка, капитан, что мы обнаружили, - сказал он и протянул капитану сверточек.
    - Так, девушка, как вас зовут?
    - Ирина Максимова.
    - Ирина, будете еще понятой, - строго сказал капитан. – Молодой человек, подойдите, понятым будете! – выкрикнул он идущему мимо парню.
    Тот послушно подошел, и уже затем двое милиционеров развернули сверточек. Внутри оказалась какая-то травка.
     - Ооо, да тут еще и наркотики, - протянул тот, который и принес эту улику. – Что скажешь, капитан?
     - Думаю, это конопля, - предположил капитан. – У кого нашел?
     - У девчонки. Она признала, что это ее вещь.
     - Понятненько, будем оформлять. Распишитесь и укажите свою фамилию и инициалы, а также контактный телефон, - сказал милиционер, обращаясь к парню и Ирине.
    После чего милиция вместе с Ирой отправилась в отделение.

   Прежде всего, в милиции установили личности подозреваемых: Николай Карпатов, восемнадцать лет, безработный; Роман Мохов, двадцать два года, после армии никем так и не устроившийся; двадцатитрехлетний Артем Санаев, охранник; и, конечно, Лена Морская, ученица девятого класса школы №№. Ирина подтвердила свое знакомство с Леной.
    - Итак, что вы видели? – напротив Ирины сидел молодой следователь Мурин. Ее допрашивали отдельно от подозреваемых.
    - Я стояла у соседнего магазина и услышала, как разбилась витрина, - сказала Ира, глядя на красивые занавески, болтающиеся за спиной следователя. – Я подошла туда и увидела Лену и друзьями. Кроме них в магазине никого не было.
    - Хм. А вы уверены, что это они разбили витрину?
    - Нет, но стул вылетел из магазина, значит, это был кто-то из них.         
    Мурин согласно кивнул и заполнил несколько документов.
    - А кто именно это сделал, вы не видели?
    - Нет.
    Следователь мерно постукивал ручкой по столу. Ирина теребила замок на куртке и боязливо посматривала на Мурина.
    - А про наркотики, найденные у Елены, вы что-нибудь знаете? – с надеждой спросил следователь. Ирина покачала головой. – Что ж, спасибо вам, мы вызовем вас позже. О дате суда вам также сообщат.
    Мурин протянул ей бумаги, Ира их подписала. После чего ушла.

   Как выяснилось позднее, всю вину за произошедшее Лена взяла на себя. Ее обвинили в хранении конопли, хотя употребление наркотика доказано не было. К тому же, Морская стояла на учете в милиции, и данное правонарушение было добавлено к предыдущим, включающим драки, непристойное поведение, жалобы со стороны родителей ее бывших одноклассников и другое. Потому следователь принял решение передать дело в суд как можно скорее. Николая, Романа и Артема хотели привлечь в качестве соучастников, но в данном случае других «грехов» за ними ранее замечено не было, потому их рассматривали лишь в качестве свидетелей.
***
    Конец марта-начало апреля 2002, здание городского суда.
    Официальное обвинение Лены Морской звучало как хранение наркотиков и неоднократное участие в беспределе, привлекшем к порче казенного имущества. Ирину, друзей Лены, некоторых учеников из 9 «б», классного руководителя, маму Елены пригласили в суд в качестве свидетелей. Защиту представлял приставленный к Морской сержант Сомов, который и делал каждый месяц отметки о ее поведении. Прокурор начал зачитывать обвинение, в котором указал на возможный срок в два года в колонии для несовершеннолетних. Лена сидела рядом с сержантом, абсолютно равнодушно выслушивая прокурора. Ее мать находилась в зале белее белого, женщина работала целыми днями допоздна и даже не подозревала, что ее дочь зайдет настолько далеко. Затем защитник принялся оправдывать Лену перед судом, говорил о том, что она исправится, что он лично готов этому поспособствовать. После чего самой Морской дали слово:
    - Я признаю, что разбила витрину продуктового магазина. Признаю, что делала это не в первый раз, - холодно сказала Лена, прямо глядя в глаза судье. – И конопля действительно была у меня в кармане в тот день. Однако я только приобрела ее и еще не успела попробовать. Обещаю исправиться, и не считаю нужным отправлять меня в колонию.
    - Присаживайтесь, обвиняемая, - провозгласил судья. Лена заняла свое место. 
    Далее стали по одному приглашать свидетелей. Первой говорила ее мать, Лидия Семеновна.
    Затем вызвали Николая, Артема и Романа по отдельности. Каждый из них отмечал доброжелательность Лены, ее чуткость, умение выслушать и поддержать, верность и преданность. На провокационные вопросы прокурора типа «что вас связывает кроме дружбы?» парни достойно отвечали, что у них одна большая крепкая компания, практически семья. Николай даже назвал Лену своей сестренкой.
    Продавщица озвучила свою версию событий:
    - Эти четверо требовали продать им пива. Я сказала, что не имею права выполнить их просьбу, поскольку девушка была несовершеннолетней. Елена начала пререкаться со мной, настаивая на продаже ей и ее друзьям алкоголя. И после моего отказа она схватила стул, стоящий у двери, и запустила им в окно.
   Девушке было задано еще несколько вопросов. После чего продолжили процесс.
    Девочки из 9 «б», а их было трое, ничего хорошего в пользу Морской не сказали. Напротив, назвали ее грубиянкой, неисправимой двоечницей. А одна из них осмелилась озвучить те сплетни, что распускали о Лене, которые судья не счел нужным принимать к сведению, поскольку никаких фактов в свою пользу они не имеют.
    Классный руководитель также не смогла назвать ни одного положительного качества Морской.
    Ирина слушала все это, находясь в зале. Она была последней в списке свидетелей, и ее позвали скорее для того, чтобы окончательно установить вину Лены. По мнению всех собравшихся, уж Максимова-то точно не станет переубеждать суд в виновности Морской. Ира осмотрела присутствующих: они все, кроме друзей и матери, только и жаждали вынесения приговора. Но она совершенно не могла понять, за что Лену отправлять в колонию? За то, что она разбила витрину? Ха, ну это же просто глупо. Полгода назад, возможно, и Ирина поддалась бы мнению большинства, потому что испытывала глубокую неприязнь к Морской. Но после случая в баре Ира раз и навсегда поменяла свое мнение о ней. Наступила очередь Максимовой, и она вышла в центр, вставая на специальную тумбу, готовая давать показания. Сначала Ирина повторила все то, что говорила следователю почти месяц назад, а потом попросила разрешения продолжить свой монолог касательно Морской. Судья одобрительно кивнул, и в зале наступила абсолютная тишина. Лена также напряженно смотрела на Иру, тень надежды промелькнула в зеленых глазах. Это придало Ирине уверенности, и она продолжила:
     - С первой же встречи Лена произвела на меня отрицательное впечатление. Признаться, я даже возненавидела ее. И было за что. Лена – грубый человек, несдержанный. Свою агрессию она проявляет открыто, без утайки. Вместе с тем Морская откровенна, правду говорит в лицо, какой бы она ни была, - Ирина сделала паузу, взглянув на Лену. Та слушала с особым интересом, а брови ее изогнулись. Она не ожидала услышать от Иры хоть одно доброе слово. – Я точно знаю, что друзья ценят Лену такой, как она есть. И с ними она действительно может быть собой, настоящей. Доброй, заботливой, веселой и беззаботной. Я лично наблюдала Лену такой. Я должна отметить также, что в случае беды она обязательно придет другу на помощь, не бросит и не убежит.
     - Откуда вам это известно, свидетель? – задал вопрос прокурор.
    Ира взглянула на Лену: та чуть заметно мотала головой, очевидно, прося не выдавать ее.
     - Я видела однажды Морскую с друзьями. Мне удалось понаблюдать за ними.
     

     - Ваша честь, мы видим перед собой совсем юную девушку, которой едва исполнилось пятнадцать, и она не вполне пока понимает, что делает. Елена действительно может вести себя вызывающе и несдержанно. Но кто из взрослых порой не выходит из себя? Морская – обычный подросток, которому требуется наша помощь, наша поддержка, - он сделал паузу. Обвел уверенным взглядом зал суда. Сержант заметил, как меняются лица присутствующих при его словах. – И мы не вправе портить девочке судьбу, помещая ее в колонию. Сегодня мы слышали много разных характеристик Елены, как с положительной, так и с отрицательной стороны. Но на то она и человек, чтобы иметь и те, и другие качества, чтобы по-разному относиться к простым знакомым и друзьям. Убедились мы в одном: Лена способна измениться, она хочет, чтобы ей пошли навстречу те, кого, возможно, она незаслуженно обидела. Елене нужен второй шанс, господа присяжные заседатели.
     - Вячеслав Викторович, в случае предоставления обвиняемой такого шанса вы беретесь оказать ей необходимую поддержку? – задал вопрос судья.
     - Да, ваша честь, - с достоинством ответил Сомов.
     - Если вы не справитесь, вам грозит увольнение из милиции.
     - Я знаю об этом, я готов.
     - Хорошо. Обвиняемая Морская, встаньте, - объявил судья. Лена поднялась. – У вас есть право на последнее слово перед вынесением приговора.
     Лена помолчала несколько секунд.
     - Я хочу выслушать ваше решение, господин судья, - ровным голосом сказала она. – Я приму любой вердикт.
    Судья объявил десятиминутный перерыв и удалился.
    Слезы матери, признание Ирины, пылкая речь защитника Сомова, невероятное спокойствие, сдержанность и смиренность самой Лены – все это сыграло огромную роль при вынесении решения. В результате судья дал Морской два года условно по двум статьям. А Сомова назначили ответственным за исправление Лены, который был обязан забирать ее практически каждый вечер домой. Отметка о соблюдении правил по-прежнему была обязательной раз в месяц.

0


Вы здесь » Letters from the Earth » Романы » Моя певица; роман, R, макси


Создать форум © iboard.ws